Я пришел дать вам волю

 

Василий Макарович Шукшин для меня всегда был, прежде всего, режиссёром и актёром. Я знала, что он ещё и писатель, но долгое время не воспринимала это всерьёз. Всё изменилось, когда мне в руки попал его роман «Я пришёл дать вам волю».

Степан Разин — сам по себе персонаж непростой. В моей голове всегда существовало два разных его образа. Первый — из школьного курса истории: предводитель крестьянской войны, защитник слабых и угнетённых, гроза бояр. Второй — из народного фольклора: лихой рубака, который разбрасывается персидскими княжнами, словно монетами.

А вот у Шукшина получился совершенно иной, неожиданный Степан Разин. Автор сам пишет, что привычный образ Степана в истории и литературе кажется ему упрощённым и поверхностным. В нём не хватает глубины, подлинности. И поэтому шукшинский Разин — совсем другой.

Это, прежде всего, человек. Человек с тяжёлым характером, с бешеным темпераментом, с внутренней бурей. Он стремится к свободе, но сам не до конца понимает, что это — свобода. Он готов возглавить восстание, но боится ответственности за тех, кто пошёл за ним. Он задаётся вопросами: кто виноват в бедственном положении простого мужика — царь? бояре? сами крестьяне? — и на кого можно опереться? На казаков? На крестьян? Да и как удержать в руках всё это пёстрое, разнородное воинство?

Вопросы, вопросы, и снова вопросы. Внутренняя неясность, смутное стремление к лучшей жизни — но к какой именно? — всё это делает роман глубоким и неспокойным.

Скажу честно: читалась книга тяжело. Не потому, что слог трудный — как раз наоборот, Шукшин пишет живо, ясно, легко. Но тяжело было принять этого Степана. Он — не герой, не народный кумир, а живой, противоречивый человек. Реальный человек. Даже слишком реальный.

Ревеневый мармелад Мумми-мамы

 

Прослышали мы с Чатиком, что варенье из ревеня — вещь удивительно вкусная, и решили его сварить. Благо ревеня у нас как гуталина. Чатик подсуетился, нашёл на просторах интернета кучу рецептов, хорошо подумал и выдал свой вариант — мармелад из ревеня.

Но мы с Чатиком ведь не просто готовим. Мы всегда придумываем, кому бы из литературных героев наше блюдо пришлось по вкусу. Ревеневый мармелад привёл нас... в Мумми-дол. Да-да, это как раз то, что вполне могла бы готовить Мумми-мама на своей уютной кухне. Представьте:

В один из мягких, пахнущих дождём летних дней, когда облака лениво плыли над долиной, Мумми-мама стояла у плиты в переднике с карманами. В медной кастрюле тихонько покачивались розово-зелёные ломтики ревеня. Кухня наполнялась ароматом чего-то свежего, чуть терпкого и очень домашнего.
— Что ты варишь? — спросил Снусмумрик, заглянув в окно.
— Настроение, — ответила Мумми-мама. — Чтобы потом намазывать его на тосты осенью.
Малышка Мю украдкой стянула ложечку мармелада.
— Кисло! — сказала она, но потом тихо добавила: — …и вкусно. Это как когда с тобой ругаются, но всё равно любят.
— Вот именно, — кивнула Мумми-мама. — Это мармелад с характером.

А вот и сам рецепт:

🌿 Ревеневый мармелад Мумми-мамы

• Ревень — 0,8 кг

• Сахар коричневый — 0,8 кг

• Молотый имбирь — 1 столовая ложка

Ревень почистить, нарезать кусочками, засыпать сахаром и оставить на 1 час, чтобы дал сок. Затем поставить на огонь, довести до кипения и варить около 20 минут. Добавить молотый имбирь и варить ещё 20 минут. Горячий мармелад разлить по стерилизованным банкам, закрыть крышками, перевернуть и оставить до полного остывания.

---

🍯 Совет от Маруси:

К количеству сахара и имбиря стоит подходить творчески. Начните с меньшего, пробуйте, добавляйте по вкусу — чтобы найти своё идеальное сочетание сладости и пряности.

🤖 Совет от Чатика:

Если вы варите мармелад впервые, держите под рукой тарелочку для пробы — капните немного мармелада на холодную поверхность: если капля не растекается, он готов. И не забывайте: мармелад не терпит спешки, но очень любит хорошую компанию и сказки на кухне.

Вилис Лацис "К новому берегу"

 Творчество Вилиса Лациса я люблю ещё со школьных времён. Его книги — это интересные сюжеты и лёгкий, текучий слог, который одинаково приятно читается как в оригинале, так и в переводе. Каждый роман — как ожившие страницы истории, рассказанные через судьбы отдельных людей.

Однако «К новому берегу» явно не самое удачное произведение писателя. Здесь, как и в других книгах, отражена история Латвии первой половины XX века — на примере нескольких поколений семьи Лидумов. Мы видим революционный подъём 1905 года, за которым следуют годы буржуазной реакции. На место изгнанных немецких помещиков приходит новая латвийская буржуазия, власть которой не приносит облегчения простому народу. Более того, соседство молодого Советского государства пугает буржуазную элиту, заставляя её становиться ещё более жестокой. На этом фоне разворачивается подпольная борьба, питаемая верой в то, что где-то рядом существует страна, где власть действительно принадлежит народу.

Один из главных героев — Ян Лидум, человек, которого можно назвать профессиональным революционером. Всю молодость он проводит в тюрьмах как политзаключённый. Его сестра Илзе, воспитывающая сына одна, тоже живёт без особой радости. Их дети — двоюродные братья Артур и Айвар — приходят к идее строительства коммунизма каждый своим путём. Артур с детства впитывает убеждения матери и дяди, в то время как путь Айвара более тернист. После очередного ареста Яна мальчика усыновляет местный бездетный кулак, мечтающий вырастить из него преемника. Не буду пересказывать весь сюжет — скажу лишь, что герои проходят множество испытаний, прежде чем находят своё место под солнцем.

Почему же, несмотря на всё это, роман оставил у меня ощущение неудовлетворённости? Пытаясь создать образ идеального советского человека и коммуниста, Лацис слишком увлёкся. В результате получились персонажи, лишённые живого человеческого облика — герои, у которых есть лишь одна страсть: претворять в жизнь директивы партии. Когда со страниц на читателя глядят люди словно с агитационных плакатов, а их диалоги напоминают лозунги, книга перестаёт быть увлекательной.

Я понимаю, что роман был написан в 1949–1952 годах, и политическая обстановка диктовала писателям определённые рамки. Но в этом случае, как мне кажется, Лацис явно перестарался. Именно поэтому «К новому берегу» интересна скорее как исторический документ, чем как самостоятельное художественное произведение.

Ольга Гурьян "Один рё и два бу"

 

Наверное, я так и не пойму, чем руководствовалась автор, выбирая героев для своих произведений. Если в «Ивашка бежит за конём» главный герой — просто несимпатичный персонаж, то в этой книге он откровенно неприятен, если не сказать — отъявленный негодяй.

Наверное, в детстве я бы не обратила на это внимания, увлёкшись сюжетом. Но сейчас меня искренне покоробило. Вся книга — по сути одна большая история предательства: сначала герой предаёт свою мать, затем — своих благодетелей, а в финале — даже разбойников, к которым его привела цепочка собственных предательств. И вот тут я задала себе вопрос — действительно ли это детская книга?

Удивительно, что её вообще издали в советское время, когда к детской литературе подходили с особой строгостью, и «абы что» в печать не пускали.

Справедливости ради стоит отметить: в книге довольно интересно описан быт и традиции Японии. В ходе своих приключений герой знакомится с жизнью разных слоёв общества — он живёт в семье кукольного мастера, у актёра, среди бандитов, узнаёт о жизни самураев. Всё это, безусловно, познавательно и атмосферно.

Но, несмотря на это, я так и не смогла избавиться от неприятного осадка, оставленного образом главного героя.

Возможно, автор и задумывала показать хитрого, ловкого пройдоху, который выплывает из любой передряги. Но по итогу получился персонаж, с которым не хочется не то что дружить — даже сидеть за одним читательским столом. Ни раскаяния, ни развития, ни желания стать хоть немного лучше. Только очередной кульбит и предательство.

Может, конечно, это такой японский колобок — катится себе, всех обманывает, пока не докатится до следующей беды. Но лично мне хочется, чтобы детские книги оставляли не только вкус саке и соевого соуса, но ещё и немного веры в человека.

Так что, если вы ищете приключения, атмосферу и этнографию — книга вполне может подойти. А вот за моралью лучше сходить куда-нибудь в другое издание.

Ольга Гурьян "Край половецкого поля"

 

Продолжаю знакомиться с творчеством Ольги Гурьян — скорее из принципа, чем ради удовольствия.
Передо мной очередная историческая повесть, которая переносит читателя в XII век. Трое скоморохов, бродя по стране, останавливаются переночевать в бедной землянке. Увидев крайне тяжёлое положение хозяев, они забирают с собой в странствия их сына — восьмилетнего Вахрушу — с обещанием вернуть его весной.

Так начинаются приключения Вахруши, которые уводят его далеко от дома и продлятся значительно дольше, чем планировалось. Судьба заведёт мальчика даже в княжескую дружину. В качестве своеобразного бэк-вокала к похождениям Вахруши звучит «Слово о полку Игореве». Именно с этим не в меру гордым князем судьба сводит мальчика несколько раз. Правда, в отличие от эпоса, в книге Ольги Гурьян князь предстаёт далеко не в лучшем свете. Его знаменитый поход на половцев и разгром на реке Каяле — вовсе не героическая защита земель от врага, а скорее тщетная попытка доказать старшему киевскому князю собственную значимость. Итог этой попытки — горе, принесённое народу.

А Вахруша? Он прошёл огонь и воду, повидал мир и узнал людей. Видел и горе, и радость, и верную дружбу, и предательство. Но, как в доброй сказке, вернулся к родителям — уже не маленьким мальчиком, каким ушёл из дома, а добрым молодцем.

В целом, книга оставила приятное впечатление.

МАРУСИНЫ СКАЗКИ

 ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ. ПРЕВРАЩЕНИЕ СТАРОЙ БАНКИ.

Банка из-под соуса стояла на столе и мрачно ожидала отправки на очередную реинкарнацию.
Откуда у обычной стеклянной банки такое странное слово, спросите вы? Всё дело в том, что наша банка прожила уже огромное количество жизней. Их было так много, что она сбилась со счёта, но самые длинные из них она всё-таки помнила.
В одной из своих жизней она служила баночкой для ароматных трав в гадальном салоне. Вот там-то она и услышала о реинкарнации, о которой часто говорили и сама гадалка, и её клиенты.
Как поняла тогда банка, реинкарнация — это когда существо снова и снова появляется в этом мире в новом обличье.
О! Это точно было про неё. Кто бы мог подумать, что её странные приключения называются таким красивым словом! Это звучало гораздо приятнее, чем "переработка мусора". И банка запомнила это слово.

Кстати сказать, это была одна из самых длинных её жизней. Возможно, она продолжалась бы и по сей день, если бы кот хозяйки не задел банку хвостом и не уронил на пол. После этого снова началась бесконечная цепочка коротких жизней — в виде бутылок для молока, лимонада, банок для варенья и других скучных вещей.

Честно говоря, все эти перерождения порядком утомили нашу банку, и она пребывала в мрачном настроении.
В самом деле, почему, чтобы стать кем-то новым, обязательно нужно быть расплавленным в печи? Почему нельзя превратиться во что-то новое другим способом?

Но в этот раз всё пошло не по плану.
Вместо того чтобы очутиться в контейнере для стекла, банка обнаружила себя в тазике с тёплой водой.
Это было что-то новенькое.
«У них что, изменились правила приёма стеклотары?» — ехидно подумала банка. — «Теперь перед тем как выбросить стекло, его надо отмочить в воде?»
Но пребывание в тёплой ванне оказалось таким приятным, что банка скоро перестала ворчать и решила напоследок порадоваться жизни.

Однако чудеса на этом не закончились.
Чьи-то тёплые руки аккуратно вымыли банку, сняли с неё наклейки и вытерли мягким полотенцем.
«Прямо как в СПА-салоне», — подумала банка. (Да-да, о СПА-салонах она тоже знала — говорю же, прожила много жизней!)

А потом произошло совсем уж необычное: банка увидела перед собой весёлое лицо с веснушками и озорными зелёными глазами.
«Ну что, баночка, — сказала рыженькая девушка, — сделаем из тебя что-нибудь необычное?»
И начала расписывать банку яркими узорами и цветами.

Это было ужасно щекотно, но девушка весело болтала с банкой, и время пролетело незаметно.
«Ну вот, всё готово. Посмотри на себя!» — сказала художница и поставила банку перед зеркалом.

Ах!
Если бы у стеклянных банок было сердце, оно бы выскочило от счастья при виде такой красоты.

«Теперь ты очень важная особа, — сказала художница. — Ты — ваза!»
И поставила новое творение на полку.

А однажды воскресным утром в вазу поставили букетик вербы.
«О!» — подумала банка. — «Теперь я не просто ваза. Я — ваза для особых поручений!»

Оказалось, чтобы начать новую жизнь, совсем не обязательно расставаться со старой.
Иногда для этого нужно всего лишь пара добрых рук и капелька везения.